Главная / На главной / Что происходит в экспертном поле Казахстана?

Что происходит в экспертном поле Казахстана?

11.01.2019
0
54

В короткой заметке вряд ли можно претендовать на достаточно полное описание итогов 2018 года в сфере экспертных работ. К тому же необходимо уточнить: под «экспертами» здесь понимается не традиционное обозначение специалистов в какой-то конкретной области знаний, а людей, выступающих в социальных сетях и СМИ с комментариями по волнующим общество вопросам. В таком понимании эксперты – это те, кто выражает умонастроения активной части общества. Значит, эксперты, выражающие это движение в массовом сознании, являются теми, кто кристаллизует отдельные мнения в относительно стройную точку зрения. Итоги года, тогда, можно представить в виде выявления важных для общественного сознания тем для обсуждения, и набора представлений по сложившейся информационной повестке. Несомненно, одним из самых значимых был вопрос целостности и безопасности страны.

В общественных обсуждениях заметной стала скрытая обеспокоенность казахской части населения событиями вокруг Украины. Обсуждалась вероятность появления территориальных претензий к Казахстану со стороны РФ. Таким образом, сценарий, в случае ухудшения взаимоотношений между РК и РФ, ведущий к появлению сепаратистских районов уже на территории Казахстана, этнически-казахский политический класс рассматривает как одну из «теоретических» возможностей. У этой части экспертов не изменилось прохладное восприятие Евразийского экономического союза. Причём, ЕАЭС упорно называется именно союзом, а не экономическим союзом.

Так формируется представление о «наднациональном союзе», как вещи навязываемой, отказаться от которой нельзя потому, что начнутся территориальные претензии соседей. Данный тип экспертов считает, что общественное мнение разделяется на 2 типа: русскоязычное общественное мнение (на 70% пророссийское) и казахоязычное (на 70% противо-российское). Естественно, катализатором этого является ситуация вокруг Украины, 10-я годовщина событий в Южной Осетии и Грузии и т.п. Однако также имеет место экологическая тема, т.к. многие националистические активисты близки к экологической тематике, и всегда критиковали неудачные запуски с космодрома Байконур и т.п. технологические инциденты с российским оборудованием в Казахстане. Кризисные явления в экономике привели к тому, что казахских элитах появилось опасение потерять достигнутые страной политические и международные позиции. Поэтому, поддерживая в целом интеграционные тренды, эти элиты обеспокоены высокими, по их мнению, темпами слияния экономик Казахстана и России в единое пространство. Остриём выражения «недовольства» избраны молодые националистически мыслящие политологи, которые должны сплотить людей вокруг своих лозунгов в новую партию, и привлечь молодёжь. В связи с этим, эксперты зафиксировали очевидный тренд этнизации сознания. Особенно это заметно по молодым, постсоветским людям. Надёжным индикатором этого процесса выступают динамика и направленность этнического самоутверждения в обществе, что было ранее совершенно не характерно для Казахстана. При этом обращает на себя внимание высокий уровень этнического негативизма, прежде всего, среди образованных слоев населения. Эксперты считают: превалирование роста этнического самоопределения в указанных группах означает превращение этнического негативизма в системный, самовоспроизводящийся и устойчивый фактор национального бытия. Причин этого много: относительные неудачи в строительстве «современного национального государства» (в том числе либерально-демократической доктрины его строительства), кризис национальной перспективы (потеря исторического везения), архаизация ментальности и общества и возвращение к «последним» идентичностям. Важным для экспертов стал вопрос, почему казахи во многих сферах живут по чужим канонам, в чём идентичность казахов, как можно обеспечить независимость в современном мире, как продолжать модернизацию страны и сохранить Казахстан от подделок под чужое. «Казахам нужно почувствовать себя казахам» – таков главный экспертный вывод. При этом осознаётся, что молодые, постсоветские казахи продолжают ориентироваться на Запад, хотя можно найти ориентирующихся и на исламские страны.

Быть казахом – это, прежде всего, опираться на знание казахского языка как отправную точку идентификации в современном мире. Нельзя не упомянуть сложившуюся в некоторых экспертных кругах установку винить во многих бедах «русификацию», имея в виду потерю национальной самоидентичности, когда казах думает и говорит на русском языке. С неизбежностью обсуждения вопросов языка привело вновь к вопросу графики казахского языка. Высказывалась мысль, что новая графика казахского языка, якобы, углубляет разрыв между казахским большинством и русскоязычным меньшинством в Казахстане, что побуждает говорить о поддержке в Москве отделения в северных районах страны, где проживает большинство россиян. На самом деле, введение новой графики является вызовом для самих казахов, что проявится и в сфере культуры и литературы, и в сфере науки и технологий, но главное – в сохранении преемственности поколений. И так уже национальные культуры испытывают давление глобальной универсалистской культуры, а здесь придётся пережить ещё один разрыв. В остальном, отношения языковых общностей сохранятся в прежнем виде, а казахская элита и жители городов сохранят билингвизм.  Активно обсуждался тезис о латинской графике как средстве сближения тюркских языков с тенденцией нивелирования различий.

Однако если следовать этой логике, то кириллица, наоборот, способствует самоидентификации народов и тюркоязычных этносов, и является базой для реализации национального самосознания различных народов. Обсуждение вопросов национальной идентичности с необходимостью выводило на проблему модернизации страны, и отношения к наследию. Большую значимость приобрёл вопрос, что может означать 100-летие создания комсомола для независимого Казахстана. Эксперты активно обсуждали размах и масштаб празднования, особенно в сравнении с таким же юбилеем создания движения «Алаш», очевидно не в пользу последнего. Мнения были полярными, точно характеризующими состояние общественного сознания. Вновь активизировалось обсуждение вопросов включающего наследия в истории и культуре страны в условиях модернизации.        

Дискуссия показала, что в Казахстане жива ностальгия по ушедшей великой стране, особенно в связи с недостатками уже современного общества. Различных устройств общества много, различия между ними усиливаются, значит надо научиться работать с разным материалом. А последнее эффективно только в идеологии управления или политики, а не администрирования. И пока современные управленцы не нашли способа согласования различий в собственных обществах, люди будут обращаться к советскому опыту администрирования, т.е. сведения многообразия к упрощению, в том числе, к упрощению общественного устройства. А вот последнее уже мешает состояться современному обществу в Казахстане.        В 2018 году в экспертной среде Казахстана активизировалось обсуждение вопроса об интеграционных перспективах страны в ЕАЭС. И это понятно, поскольку завершается уже четвёртый год функционирования объединения, что позволяет делать суждения о складывающихся трендах, говоря экспертным языком. При этом, делать заявления о неэффективности объединения весьма поспешно, но видеть некоторые сложности в налаживании взаимодействия уже необходимо. Следует также отказаться от завышенных ожиданий от ЕАЭС. Понятно, что точки зрения в экспертном сообществе Казахстана разнятся, и политические позиции не во всём совпадают. Но есть нечто общее в дискуссии, что позволяет говорить о сформировавшейся национальной позиции, и точке выбора, перед которой оказывается Казахстан в ближайшие годы. Так, с точки зрения экспертов Казахстана, введение единой валюты Евразийского союза пока неприемлемо. Другая важная фиксация: Казахстан не будет дружить с кем-либо в угоду противостояния с другим геополитическим противником. Это принцип в равной степени относится ко всем лидерам мировой политики. Определённо неправильно сетовать на Россию за то, что она проводит политику в своих интересах, и требовать взять на себя тяжесть основных рисков партнёров, и даже изменить внешнюю политику, чтобы уменьшить санкционное давление и рикошетное воздействие этого на экономику Казахстана. А именно это слышится подчас от экспертов в узких областях экономики. Наиболее вероятно, что преемственность основных направлений во внешней политике и экономике Казахстана будет обеспечена, а Россия останется главным партнёром и приоритетом, особенно при условии восстановления темпов российского экономического роста. И евразийская интеграция, одним из инициаторов которой был Казахстан, также будет в числе приоритетов. Но здесь необходимо указать на острый характер экспертных дискуссий, и в связи с этим ввести условие: если участие в интеграционном объединении к 2025 г. будет отвечать оптимистичным ожиданиям казахстанских элиты и граждан. Указанные два условия обозначают точку выбора для казахстанской элиты. Потому и дискуссии имеют высокий, хотя и во многом скрытый, нерв напряжения. Значительное внимание эксперты уделили комментированию ситуации, которую можно было бы определить, как ожидание перемен во власти.      

 На завершившуюся политическую осень с переходом в 2019 год прогнозы разнятся по причине того, что, как считают эксперты, президент Назарбаев всегда одновременно допускает к реализации несколько сценариев, попеременно выбирая главный. Как минимум, несколько событий запланированы, но могут быть в последний момент отменены. В этом плане не так уж и важно, какие события в среде экспертов предполагались наиболее вероятными. Говорится ли о роспуске нижней палаты парламента РК – мажилиса. Либо о конституционной реформе, вплоть до введения поста вице-президента, который будет способен продемонстрировать преемственность в пользу какой-то конкретной кандидатуры, устраивающей внешних игроков и внутренний политический класс. Обсуждался также сценарий отхода президента Назарбаева на позицию Елбасы - национального лидера - с тем, чтобы в 2019 г. в стране прошли выборы президента с урезанными полномочиями и без его участия.

Объяснение подобным ожиданиям части казахской интеллигенции, которая готовится прийти на смену уходящему поколению политиков, лежит, видимо, в плоскости сложившегося в элитах положения. Жёсткость политического режима, не оставляющая «молодым» претендентам на карьерный рост особого выбора, заставляет их искать варианты только в сфере вращения вокруг первого лица. Регулярная смена позиций игроков верхней части управленческой элиты заставляет экспертов заниматься гаданием по поводу перспектив тех или иных «желаемых» фигур. Параллельно желаемое выдаётся за действительное, когда утверждается: сильных фигур вокруг президента практически не осталось. Поэтому произнесение некоторыми экспертами и политологами сильных фраз ещё не гарантирует соответствующих им действий. Последнее заставляет обратиться к вопросу о роли экспертов в обществе и политическом процессе, что интересовало и само экспертное сообщество страны. Дискуссия вывела на более общий вопрос о политической культуре Казахстана.

Например, казахстанские пенсионеры гораздо лучше молодых людей умеют взаимодействовать с властью и добиваться от неё своего. В связи с этим, старшее поколение действует, а молодёжь мирится, хотя и желчно критикует ситуацию в социальных сетях. В таком качестве политическая культура возвращает общественное сознание более, чем на век назад, когда молчаливая масса народа, болтающая среди «своих», была не способна выразить свои чаяния иным способом, кроме как найти грамотного «служаку», желательно из родственников. И вот он-то о всех позаботится. Интересно, что старшее поколение преодолело этот взгляд, а вот цифровая молодёжь вернулась в архаику. Более того, эксперты с тревогой фиксировали такое положение вещей, как цифровая «анклавизация». Социальные сети разделили страну: в столицах пользуются «Facebook» и «Instagram». Жители других регионов Казахстана пользуются такими сетями, как «ВКонтакте», «Одноклассники» и т.д.

Разделение, по мнению экспертов, настолько значительное, что на севере Казахстана пользователи просто не заходят на странички «Facebook». Поэтому значение и влияние этой сети преувеличено, и именно благодаря распространённым в столице и деловом центре страны представлениям пользователей, имеющих возможность, вместе со своим окружением, влиять на государственные органы. Ситуация с гибелью Дениса Тена всколыхнула общественность, поскольку погиб известный спортсмен, слава Казахстана и т.п. Одновременно это активизировало обсуждение в экспертных кругах вопроса о коррупции в государственных органах, отвечающих за правопорядок.      

 Случившееся указывает на серьёзную проблему, связанную формированием государственности в Казахстане. Ведь государство и его силовые органы олицетворяют право на легитимное насилие по отношению к тем, кто действует асоциально, тем самым разрушая незримую ткань общества, нанося удар по самим основам государства. В целом, экспертное сообщество Казахстана усилило внимание к внутренним, т.н. страновым, процессам. Это может свидетельствовать об интеллектуальной зрелости «мыслительного класса». Одновременно это ставит перед правящими кругами ряд задач, которые сводятся к решению важной коллизии: как обеспечить интеллектуальную свободу экспертам, и повысить их ответственность. Позицию стороннего наблюдателя и «внешнего» критика действий властей экспертному сообществу также пора преодолевать. Ведь сами эксперты определяют свои цели как борьбу за Казахстан, тем более что они считают: страна вступила в этап формирования ответов на внешние вызовы.

ia-centr.ru

Теги: Политика
Комментарии

Комментариев пока нет

Пожалуйста, авторизуйтесь, чтобы оставить комментарий.
Я согласен(на) на обработку моих персональных данных. Подробнее